Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

Апостол

(no subject)

Господь силен остановить любую эпидемию. И Господь может «посмеяться» любым попыткам сделать это без Него. Что мы, фактически, и видим. Вирус, несмотря на все крайние меры, гуляет, как хочет и где хочет. Можно никуда не выходит вообще, но тебе привезут вирус с продуктами – и если не хватит спирта протереть каждую крошку, дело карантина может пойти насмарку. Болеют все, что называется, страты. Даже премьер. И архиереи. Некоторые, увы, умирают, имея почтенный возраст или сопутствующие заболевания. Ну, раз в сто больше выздоравливают. Да и со статистикой большие неясности: одних бессимптомных вроде как до 50%. Кого, как и куда считают? Мол, число выявленных заболевших увеличилось по причине более широкого применения тестов. Очень успокоительно! Понятно тогда, что реальное число заразившихся многократно больше официальных цифр! К тому же, говорят, что очень часто даже второй и третий тест дает ложноотрицательный результат… В общем, сидим под домашним арестом, а статья обвинения толком так и не сформулирована, когда передадут дело в суд - неясно, как и то, светит ли амнистия в конечном счете. Тут нет никакой очевидности и опоры как в вязком болоте. Впрочем, суд уже идет. Суд Божий на самом деле. В том числе и над нашими страхами и боязнью. Которым мы в значительной степени и без рассуждения легко подчинились, не явив никакого именно что соборного суждения на сей счет. Наверное, его все же стоит выработать. И на будущее иметь соответствующие рекомендации: чего и впрямь стоит бояться, а чего нет. И стоит ли христианину в таких трудных ситуациях уповать на Бога, а не только на разумение светской власти? Иначе так и будет жить в сплошных неясностях, фантастической статистике, недостоверных тестах, а самое страшное – в том, что нам это «дано по вере», по вере в то, что какой-то новый очередной вирус сильней Самого Бога. Только не приводите мне здесь (как это сейчас модно!) список заболевших священнослужителей под тем соусом, что причина этого в недостаточно строгое следование ограничительным мерам (мы им в основном следуем)… Вы же, прежде всего, рискнули Бога в его всемогуществе и милости ограничить! Вот, все и получаем именно по этой вере, потому что подчинились именно что страхам перед святокоронавирусом в большей степени, чем святости Божией.

Collapse )
Апостол

(no subject)

Вообще проблема ведь не в вирусе самом по себе (мало ли какие угрозы, порой, возникают?) От цунами или землетрясения, к примеру, заранее на карантин не спрячешься. Проблема в долгосрочном психическом давление и подавлении и во всех многообразных деталях, с этим связанных. Без маски уже непривычно выходить на улицу, это дурной тон. Лжицу становится привычным окунать в спирт. Плюс держать дистанцию... Народилась-насадилась новая культура опаски и дистанцирования. При этом мы твердим: "это ничего, это переживем, главное любить друг друга..." Помнится, был раньше такой рефрен "лишь бы не было войны". Однако, это все лучше войны? Разумеется, процент павших физически с традиционной войной не идет ни в какое сравнение. А вот процент нас, нравственно пострадавших, интересно, какой? Во время войны не бывает карантина, бывает всеобщая мобилизация. Да, прямо воют молодые. У нас, кстати, и женщины активно воевали. Дети стояли у станков. Старушки несли последнюю копейку на танк Т34... Про карантин что-то слышно не было. Но, вероятно, это тоже война и война еще похлеще той традиционной. Война смыслов. И подмены их. И не "священная". Потому что уже не встает "страна огромная", ей приказано прятаться и отсиживаться. Доколе, правда, не понятно. То ли пока статистика не успокоит власть, то ли пока страна не самоликвидируется. Ну, во благо народа. Во имя такого особого земного блага и процветания, что может оказаться губительней любой традиционной войны, поскольку гибридное нашествие новых смыслов куда сильней любой былой традиции, хоть две тысячи лет этой уходящей традиции, хоть семьдесят пять.

Collapse )
Апостол

(no subject)

Рассуждения тех христиан, кто ныне призывает вслед за светскими властями разделять посеянные страхи и ужасы и не искать "мученичества", солидаризируясь с идеологией карантина как такового, вероятно, были бы верными, если бы мы имели дело с открытыми гонениями (не "гибридными"!), а данный вирус по смертности был бы сродни средневековой чуме. Но эту эпидемию, сродни сезонной волне гриппа, сделали знаменем нового передела мира, в то числе - идейного и антихристианского. Да, нарываться на опасность не стоит, но явить вслед за миром сим полную солидарность с его безбожными страхами и ужасами, это для Церкви путь в никуда, это отказ от Христа в пользу вполне атеистического гуманизма. Да, скорей всего, есть надежда, что через пару недель храмы откроют... Но есть ли теперь твердая уверенность, что позже их опять не закроют по причине очередного вируса или нашего отказа делать, к примеру, вакцинацию? Данный опыт показал, что это - легко! А мы легко под это прогнулись... и так и будем прогибаться дальше?

Апостол

(no subject)

Наивный обыватель думает, что он восприимчив ко всем болезням. И если нет вакцины или самоизоляции, то непременно заразится и, может даже, умрет. На самом деле, если бы человечество было в принципе восприимчиво ко всем болезням, оно бы давно вымерло. Это каждый отдельный человек к каким-то конкретным болезням восприимчив, а к каким-то - нет. Разумеется, очень многое зависит от иммунитета. И от того, как он сформирован. Почему ребенок все тащит в рот? Потому он должен взаимодействовать как с можно большим количеством вирусов и заразы, дабы выработать к этим внешним угрозам иммунитет. Стоит создать ребенку стерильные условия, он лишится иммунитета за ненадобностью. И стоит стерильным условиям пойти насмарку, тяжелая форма болезни, а то и смерть неминуема, увы. Но это и в духовной жизни так: что за христианин вне испытаний и искушений? Так, слабое существо, пасующее перед любой опасностью, не твердое на путях своих, облако, гонимое любым ветром.

Апостол

(no subject)

Во всех этих нынешних спорах и разделениях, в том числе и вокруг Чаши, словно бы забываются два важнейших фактора: вера и свобода. Обсуждать в чисто рациональной плоскости возможность заражения или не заражения, не имея ввиду веру, совершенно бесплодное занятия. Все равно общего знаменателя не найдешь. Для верующего ведь не важна сама опасность заражения - главное быть со Христом. Даже, если ты заболеешь, то и страдать можно не зазря, но - Христа ради. Для неверия или маловерия это сущее безумие. Таков секулярный страх, что поделаешь. Ну а свобода подразумевает выбор: не осуждаем тех, кто желает остаться дома, поберечься, на здоровье и Слава Богу! Но зачем же лишать права выбора тех, кто с этим не согласен, не боится и желает быть реальном участником Литургического собрания? Да, нас в этом смысле лишили свободы выбора! Да еще и под улю-лю-кание, что, мол, вы представляете для нас опасность, раз дерзаете продолжать собираться вместе, типа, вы потенциальные убийцы! Ну, это и есть ваша хваленая демократия в лице некой дамы в мундире (главного санитарного врача) и нацгвардии у входа в храм? Нет, ребята, все не так... здесь что-явно не то и не так: храм на замке это не просто знамение пререкаемое, это знак грядущей несвободы, тоталитарной и тотальной несвободы в честь идола развитого потребления.

Апостол

(no subject)

Вера, действительно, великая сила, не зря же сказано, что по вере вашей и дано будет вам. Ныне мы имеем пример, что вера в свято-корона-вирус также демонстрирует великую силу боязни и привязанности к земным благами как таковым. Есть коронавирус или нет его - уже не имеет особого значения, поскольку есть вера во всемогущество и сокрушительную силу оного. И чем больше ты в это веришь, тем больше боишься, а чем больше боишься, тем сильней в это веришь. И тем больше это знамение имеет над тобой власть! Да, где-то на заднем плане еще мерцает Свет Христов, но это уже фактор для большинства второстепенный (то ли поможет, то ли защитит, то ли - нет, сплошные неясности и богословские умолчания-недоговоренности, дезинфекция куда ведь сильней благодати!). И, фактически, то, что раньше казалось очевидным, перестает таковым быть даже для многих христиан. Такова и впрямь сила веры - даже хотя бы в вирус, если этой вере дать, вместо Христа, пространство в уме и сердце.

Апостол

(no subject)

Удивительное дело, некоторые умудряются обвинять нас в лицемерии - в том смысле, что мы в условиях тотального карантина умудряемся собирать возле Чаши Христовой не только одно духовенство, но и некое "малое стадо", а так же причащать немощных на дому. Могу здесь заметить, что запрет объявили не мы, а потом, мол, тихой сапой неких VIP-персон причащаем, запрет объявил Кесарь как таковой. Ну, а мы в этих новейших условиях делаем, что можем. Те же, кто в этих условиях находят дорогу к Чаше, скорее, наиболее усердные и смелые, имеющие наибольшую евхаристическую жажду. Это не в укор будет сказано тем, кто не сподобились. Просто данный упрек в лицемерии лучше все же адресовать светской власти, для которой вынужденный карантин для всех и запрет храмовой деятельности гораздо в большей степени является лицемерием, чем истинной заботой о благе народном.

Апостол

(no subject)

Стоит заметить, что некоторые оппозиционные СМИ, типа "Церквача", с каким-то даже злорадством публикуют и комментируют списки священников, заразившихся коронавирусом и храмов, которые эти священники представляют. То, что священник может заболеть, в этом нет ничего удивительного, таковой и впрямь находится на переднем крае и далеко не всегда в противогазе. То, что это кое у кого у нас порой вызывает злорадство - тоже не удивительно, поскольку таково нравственно-духовное устроение некоторых недовольных (надеюсь, что не всех).

Апостол

(no subject)

Священномуч. Дионисий Александрийский (+264) о временах гонений и эпидемии:
«После короткой передышки обрушилась на нас эта болезнь – для них ( язычников) самое страшное из всего страшного, из всех бед самая жестокая и, как говорит их собственный писатель, событие исключительное, какого никто не мог ожидать. Для нас оно таким не было; как и в других случаях, Господь нас испытывал и закалял. Болезнь не обходила и нас, но поражала больше язычников.
Весьма многие из наших братьев по преизбытку милосердия и по братолюбию, не жалея себя, поддерживали друг друга, безбоязненно навещали больных, безотказно служили им, ухаживая за ними ради Христа, радостно умирали вместе; исполняясь чужого страдания, заражались от ближних и охотно брали на себя их страдания. Многие, ухаживая за больными и укрепляя других, скончались сами, приняв смерть вместо них. (...)
Так уходили из жизни лучшие из братьев: священники, диаконы, миряне; их осыпали похвалами, ибо такая смерть, возможная только по великому благочестию и крепкой вере, считалась равной мученичеству».